Гуманистический психоанализ Фромма и взгляды К.Хорни

ОГЛАВЛЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ   
ГУМАНИСТИЧЕСКИЙ ПСИХОАНАЛИЗ ФРОММА   
ВЗГЛЯДЫ И УЧЕНИЕ К.ХОРНИ   
ЗАКЛЮЧЕНИЕ   
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ   

ВВЕДЕНИЕ

Гуманистический психоанализ (лат. humanus – человечный, человеколюбивый и психоанализ) – самоназвание психоаналитического учения Фромма, в котором особое внимание уделяется гуманитарным, культурным и социальным факторам при одновременном признании приоритетности проблем человека в организации общественной жизнедеятельности и построении «здорового общества»
В 30-х гг. по отношению к биологической предопределенности человеческой психики в среде постфрейдистов выделилось два направления: «правое» крыло, сторонники которого ориентировались на углубленное проникновение в инфантильные переживания пациента, и «левое», ориентированное на вскрытие социальной и культурной основ человеческой индивидуальности.
Сторонники Ферйда, в лице Хорни, Фромма, Райта и других отвергли постулаты об однозначно анатомической детерминации различий между полами, о стадиях психосексуального развития и эдиповом комплексе и сделали упор на важность межличностных взаимоотношений и социокультурного влияния на личность.
Зачатки интерперсональной теории в психоанализе появились в работах Ференчи, но ее современная форма идет от Хорни, Фромма и Райка. Карен Хорни стала известна во многом благодаря своим книгам, а не терапевтической работе и прямому воздействию на своих последователей в роли преподавателя. Фактически, за пределами США ее влияние на аналитиков отсутствовало, чего нельзя сказать о психологах с их более спекулятивными умонастроениями.
Теоретические взгляды Хорни несут на себе отпечаток следующих влияний:
сопротивление антифеминизму Фрейда;
марксизм и социалисты; индивидуальная психология Альфреда Адлера;
тот факт, что формирование Хорни как личности и психолога происходило в американской культуре.
Различия с Европой, с её меньшей свободой и большей приверженностью догматичным верованиям, убедили Хорни в том, что многие невротические конфликты, в конечном счете, определяются культурными условиями.
Выдающимся последователем Фрейда был Эрих Фромм. Учение Фромма – это синтез фрейдистских, марксистских и экзистенциалистских идей. Свои взгляды Фромм характеризовал как «радикальный гуманизм», «диалектический гуманизм», «гуманистический психоанализ». Особая роль Фрейда и Маркса в формировании воззрений Фромма позволяет называть его учение фрейдомарксизмом.
Уже будучи доктором философии, Фромм в 30-х годах прошел курс обучения в Психоаналитическом институте в Берлине. Но, как впоследствии вспоминал сам Фромм, уважение к основателю психоанализа не помешало ему пересмотреть ряд фундаментальных положений в учении Фрейда и, в частности, его трактовку бессознательного. У Фрейда речь шла об индивидуальном бессознательном, у Юнга – о коллективном бессознательном. В отличие от них, Фромм исходит в своем учении из социального бессознательного, которое не является уровнем или нишей человеческой психики. По мнению Фромма, бессознательное – это состояние психики. Это идеи, настроения и переживания людей, которых общество лишило ясной осознанности посредством ряда «фильтров»: языка, логики, социальных табу.

ГУМАНИСТИЧЕСКИЙ ПСИХОАНАЛИЗ ФРОММА

Следующим нововведением Фромма стал «социальный характер», который он отличал от индивидуального характера человека. С помощью идеи «социального бессознательного» и «социального характера» Фромм пытался уточнить и углубить марксистское учение об экономическом базисе общества и его политико-идеологической надстройке. Впоследствии появляется работа с характерным названием «Из плена иллюзий. Как я столкнулся с Марксом и Фрейдом».
В ней Фромм отмечает, что Маркс нигде и никогда не показывал, как базис переходит в надстройку. Он пишет: «Я считаю, что этот пробел в марксистской теории можно восполнить средствами психоанализа и что существует возможность познать механизмы, с помощью которых осуществляется связь между экономической базисной структурой и надстройкой».
Уточняя эти механизмы, Фромм как раз и разрабатывает представление о «социальном характере», который направляет энергию больших масс людей в определенное русло. Отдельный индивид овладевает социальным характером в процессе так называемой «социализации». При этом структура социального характера меняется от эпохи к эпохе, обеспечивая, согласно Фромму, органическую связь между экономикой, политикой и идеологией исторического времени.
Значительное место в учении Фромма занимает анализ отчуждения, которое интересует его прежде всего как морально-психологическая проблема. Разбираясь в природе отчуждения, Фромм опирается на экзистенциализм, фрейдизм и марксизм одновременно. В результате предпосылкой отчуждения у него оказывается само положение человека в этом мире. Ведь выделившись из природы, он так и не обрел действительной независимости от нее. Будучи свободным внутри сознания, пишет Фромм, внешне человек остался узником природы. Человек, по мнению Фромма, оказывается ни там, ни здесь, его существование – это экзистенциальный конфликт. А потому поведение каждого индивида следует рассматривать как ответ на вызов времени и обстоятельств.
Вслед за экзистенциалистами, Фромм различает подлинное и неподлинное существование человека, именуя первое «бытием», а второе – «обладанием». То и другое – антагонисты: когда человек «обладает», он утрачивает свое подлинное «бытие», и наоборот – обрести подлинное «бытие» человек может только путем отказа от «обладания». Естественно, что «бытие» Фромм связывает со свободой и творчеством как существенными сторонами человеческой жизни. Что же касается ситуации «обладания», которая, согласно Фромму, возникает в результате отчуждения и самоотчуждения человека, то здесь можно разобраться лишь с помощью психоанализа в его новой версии.
Разрабатывая эту новую версию психоанализа, Фромм активно использует представления Фрейда о «вытеснении», «сопротивлении», «перенесении» как психических реакциях на травмирующие внешние воздействия. Под этим углом зрения Фромм, в частности, исследовал немецкий фашизм, из-за которого он покинул Германию в 1933 году, надолго переселившись в США.
Надо сказать, что природа фашизма интересовала и Фрейда, который считал его прорывом на поверхность культуры бессознательного «Оно», которое мстит «Сверх-Я» за социальную муштру. Иначе объяснял эту разрушительную силу Фромм, у которого самозабвенное подчинение фюреру рождается отнюдь не в таинственных недрах индивидуальной психики. Согласно Фромму, любое идолопоклонничество есть результат перенесения на кого-то или что-то своих собственных сил, способностей и т.д., вплоть до смысла жизни. И такого рода самоотречение, которое доводится до предела при тоталитаризме, присутствует уже при формально свободном буржуазном обществе.
Критике фашизма как добровольного рабства посвящена одна из ранних работ Фромма «Бегство от свободы», написанная в 1941 году, когда победа над фашизмом могла быть только мечтой. В этой работе Фромм указывает на мучительное внутреннее беспокойство, которое испытывают многие люди в демократическом обществе при всех известных политических свободах. Свобода оказывается тяжелым бременем для человека, он не знает, что делать с этой свободой, поскольку в демократических государствах она является «свободой от», но не «свободой для» из-за отсутствия всякого положительного идеала.
В этих условиях, как показал Фромм, люди согласны пожертвовать свободой ради обретения спокойствия. В результате человек, лишенный способности самостоятельно мыслить, становится игрушкой в руках демагогов, объектом манипулирования со стороны «анонимных авторитетов». Таким образом, желание бегства от «свободы», согласно Фромму, формируется не фашизмом, а демократией. Фашисты только пользуются плодами деятельности «демократов», создавших нетерпимую обстановку «давящей терпимости».
При рассмотрении исторического процесса Фромм, по сути, демонстрирует нам пример эклектики, когда произвольно меняет методологические подходы. В одних случаях он признает сущность человека исторической и в ее анализе идет от факта к факту, пытаясь именно из них вывести логику истории. В других случаях человек у него уже обладает неизменной родовой природой, как это было, к примеру, у Людвига Фейербаха. И тогда факты просто подгоняются под заранее заданные схемы.

ВЗГЛЯДЫ И УЧЕНИЕ К.ХОРНИ

Хорни называет мышление Фрейда механицистско-эволюционистским. По Дарвину, сегодняшние вещи прошли эволюцию через ряд ступеней развития. По Фрейду же они не только обусловлены прошлым, они не содержат в себе ничего кроме прошлого. Хорни имеет в виду точку зрения Фрейда, что вся психическая жизнь индивида представляет собой бесконечное проигрывание событий, которые произошли с ним в раннем детстве, в возрасте до 5 лет. Например, рождение – это первая ситуация, вызывающая тревожность. Все последующие формы тревожности суть повторение первоначальной основополагающей тревожности, испытанной во время рождений. Хорни отмечает, что одно дело сказать, что рождение – это исходная ситуация, порождающая тревожность, но совсем другое – считать, что все последующие переживания этого чувства являются лишь повторением того, первоначального, испытанного в первые минуты жизни.
Подобные философские убеждения сделали взгляд Фрейда на человека чересчур пессимистическим. Хорни отмечает, что, следуя теории либидо, можно прийти к выводу, что «не только стремление к власти, но и любое проявление самоутверждения можно интерпретировать как скрытое проявление садизма. Любую симпатию – как проявление либидозного желания. Любое проявление терпимости по отношению к другим вызывает подозрение в пассивной гомосексуальности». Такой взгляд на вещи не только безутешен для человека, он еще и не вполне логичен; если в процессе естественного отбора устраняются те качества, которые препятствуют выживанию, то почему до сих пор человеческий вид продолжает свое существование, несмотря на свой инстинкт Смерти, требующий убивать, чтобы не быть убитым? И если по своей природе человек эгоцентричен и агрессивен, почему он стремиться организовываться в группы с себе подобными? Хорни отказывается принять точку зрения Фрейда, что агрессивность является врожденной и первичной на всех уровнях человеческого существования, а дружественность – вторична и представляет собой лишь скрытую форму выражения сексуального влечения: «Доброе отношение может оказаться, конечно, реактивным образованием против садистских наклонностей, но это не означает принципиального отсутствия доброты в человеческих взаимоотношениях. Щедрость может оказаться всего лишь реактивным образованием на жадность, однако это не доказывает факта отсутствия щедрости и великодушия».
Хорни не считает либидо единственным источником активности индивида. Интерпретация аналитиком какого-либо события в психической жизни пациента может быть признана глубокой, если он добрался до вытесненных влечений, чувств, страхов, однако считать глубокой всякую интерпретацию только потому, что она связана с каким-нибудь инфантильным стремлением, было бы опасным заблуждением. Во-первых, такая интерпретация искажает взгляд человека на природу невротического конфликта, на сущность человеческих взаимоотношений и на роль культурных факторов в его жизни. Во- вторых, это ведет к искушению разобраться в устройстве машины, не замечая, что у нее нет одного колеса, выражаясь метафорически, вместо того, чтобы попытаться изучить, как взаимодействуют все ее детали и как от нее добиться максимального эффекта. И в-третьих, аналитик видит перед собой предел, дальше которого терапевтический процесс идти не в состоянии (биологические факторы), хотя в действительности этого предела не существует.
Отвергая идею Фрейда об эдиповом комплексе как основополагающем невротическом конфликте, Хорни считает что он может проявляться в двух ситуациях, в зависимости от обстановки: сексуальная стимуляция ребенка со стороны матери или отца, тревожность, развившаяся у ребенка, как реакция на фрустрирующую ситуацию в доме. «Когда ребенок, будучи зависимым от своих родителей, чувствует угрозу с их стороны и то, что любое проявление враждебности направленное против них, небезопасно для него, тогда существование этой враждебности обуславливает возникновение тревожности. Стремясь избавиться от последней, ребенок может привязаться к одному из родителей». Результирующая картина может выглядеть при этом в точности как описывал Фрейд.
Желание, которое Фрейд описывал как любовь к себе (self-love), или нарциссизм, а Адлер как стремление к превосходству и власти, Xорни объясняет следующим образом. Если индивид чувствует, что окружающие не любят и не уважают его таким, какой он есть, то они, по крайней мере, должны демонстрировать ему свое внимание и восхищение. Восхищение окружающих подменяет собой их любовь. Таким образом, желание – это не выражение любви к себе, а скорее следствие недополучения любви со стороны окружающих. «Эгоцентрические личности не только не способны любить других, они также не способны любить самих себя» – пишет Эрих Фромм в «Человеке для самого себя».
В оценке того факта, что Фрейд интерпретировал желание женщины стать мужчиной исходя из посылки, что женщина изначально биологически неполноценна, Хорни близка к Адлеру. «Необязательно считать, что женское чувство собственной неполноценности основывается на том, что она женщина. Любая персона, принадлежащая к непрестижной группе или группе менее привилегированной, стремится использовать свой социальный статус как прикрытие для чувства неполноценности разной природы». Что является источником этого чувства – это уже другой вопрос.
Хорни строит свою психотерапию на интеллектуальном и моральном воздействии. Врач должен хорошо чувствовать человека, проникнуться его тревогами и заботами. Помощь психоаналитика сравнима с дружеским участием. «Я часто говорила своим пациентам, что в идеале аналитик должен быть всего лишь проводником в их тяжком восхождении в гору, указывающим, какой путь целесообразнее избрать, а какого избегать. Чтобы быть точной, следует добавить, что аналитик – это проводник, который и сам не совсем уверен в маршруте... В силу этого тем более желательна собственная продуктивная психологическая работа пациента… Помимо компетентности аналитика именно собственная творческая активность пациента определяет как продолжительность, так и результат анализа».
Согласно Хорни, завершиться анализ не может никогда. Жизнь человека предполагает постоянную борьбу, где психоанализ выступает одним из способов помощи человеку.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Хорни, Райт, Фромм создали направление, которое стало известно как «неофрейдистская школа аналитиков». Несмотря на различия в деталях, они были едины в следующем:
Для понимания человеческой природы намного важнее рассмотрение социальных и культурных, нежели биологических, факторов.
Теории инстинктов и либидо устарели, т.е. эдипов комплекс, образование суперэго и надуманная неполноценность женщины – это культурные особенности, а не универсальные характеристики. И хотя возможны биологические причины возникновения оральной и анальной фаз, последние могут значительно видоизменяться под действием культурных факторов.
В изучении образования характера, тревожности и неврозов акцент смещен на "межличностные взаимоотношения".
Не характер является результатом сексуального развития, а наоборот, характер определяет сексуальное поведение.
В чем проявилось реформаторство Фромма в психоанализе? Прежде всего в том, что, в отличие от Фрейда, философ считал человеческую природу обусловленной главным образом исторически, не преуменьшая при этом роли биологических факторов. Он отказался от установки Фрейда, будто проблема человека может быть правильно сформулирована в терминах противопоставления биологических и культурных факторов.
По существу, и в сегодняшнем мире единственным достойным и надежным противодействием иррациональной деструктивности остаются только разум и добрая воля. «Здоровое общество», о котором размышлял Фромм, все еще не построено. Одиночество, отчуждение, бегство от угнетающей реальности в мир наркотических иллюзий, психопатология в обыденной и общественной жизни, изнурительная рутина сизифова труда — разве это не наши сегодняшние проблемы? Поэтому и сегодня актуально звучат слова Фромма: «Человек не может жить без веры. Решающим для нашего и следующего поколений является вопрос о том, будет ли это иррациональная вера в вождей, машины, успех, – или рациональная вера в человека, основанная на опыте нашей собственной плодотворной деятельности».
Главная цель психоанализа – помочь людям отличать истину от лжи в самих себе, это терапевтический метод, являющийся эмпирическим приложением тезиса «Истина сделает вас свободными». И в гуманистическом религиозном мышлении, и в психоанализе человеческая способность к поиску истины считается неразрывно связанной с достижением свободы и независимости.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ:

1. Решетников М.М. Что такое психоанализ?– СПб., 2003.
2. Фрейд З. Психоанализ. Религия. Культура.– М., 2004
3. Фромм Э. Бегство от свободы.– М., 2001
4. Хорни К. Самоанализ.– М., 2002
5. Якушев С.И. Философская антропология и гуманизм Эриха Фромма.– М., 1999
6. Ярошевский М.Г. Психология в XX столетии.– М., 2001

НАШИ УСЛУГИ
К СВЕДЕНИЮ